laurenziana: (Lully)
De profundis

Мишель-Ришар Делаланд, еще один протеже короля-меломана Людовика XIV.




De profundis clamavi ad te, Domine.

В исполнении Ex Cathedra.
laurenziana: (Default)
Неделю назад в Москву приезжал Венсан Дюместр со своей Le Poème Harmonique, и Лев Малхазов его, естественно, затащил на "Барочную практику", где дал маэстро поболтать всласть (Дюместр сам признался, что никто на французском радио не дал бы ему целого часа на чисто потрепать языком, ну да там никто не потерпел бы и такого количества жуткой околомедицинской рекламы, как на Радио Простата России, как всегда у нас крайности). Помимо прочего, Малхазов заикнулся было о свободе, которую дают исполнителям партитуры начала семнадцатого века, где даже партии не все прописаны, а те, что прописаны - скорее намечены. "Нет, нет" - встрепенулся Дюместр - "свобода в современном понимании - это вседозволенность, это значит исполнитель самовыражается вдоль и поперек, а в то время все делалось по правилам, и мы стараемся придерживаться воли композитора", и стал дальше перечислять трактаты, которые обязательно должен изучить барочный музыкант, чтобы правильно импровизировать. Закончил тем, что "я бы вообще отказался от слова свобода применительно к этой музыке". Вот так, извратили хорошее слово. Причем всегда, в том числе в 17 веке были люди, понимавшие свободу именно как вседозволенность (и даже оставили письменные свидетельства тому), но сейчас оно стало основным.
laurenziana: (Default)

617290619

Можно по-разному относиться к Людовику XIV (собственно, я так и делаю), но чего у него не отнимешь - он был человеком долга. Во имя этого долга он урезал собственную частную сферу до абсолютного минимума, фактически оставив только сон, да и то потому, что из сна ничего публичного было не сделать. А ложился и вставал он уже на людях, отстроил прекрасный, но нечеловеческий Версаль, в котором так неуютно было следующим Людовикам. Они как раз знали толк в привилегиях королевского статуса, а вот обязанности - это уже не к ним. Людовик XIV же умудрился сделать обязанности и из собственных удовольствий, причем не только для других, но и для себя. Когда в 1707 г. ему сыграли новые вещи Элизабет-Клод Жаке де ля Герр, он очень хвалил их в следующих словах: очень оригинально, ни на что не похоже, а это такая редкость в наше время. Надо иметь в виду, что к тому времени королю было 69 лет, и музыку он слушал ежедневно в обязательном порядке: на так называемых soupers du Roi,  т.е. королевских ужинах, для которых писали музыку композиторы на содержании короля, и в церкви (композиторы королевской капеллы). Плюс отдельно организуемые концерты (Petits concerts), где он слушал не состоявших у него на содержании, но тоже заслуживающих внимания композиторов вроде Жаке де ля Герр, оперные постановки и еще всякие события по мелочи. В общем, количество часов музыки, прослушанное королем, вполне сопоставимо с нагрузкой музыкального критика. Неудивительно, что к концу жизни ему казалось, что все это он уже где-то слышал, но слушать продолжал, даже если без прежнего энтузиазма, то из чувства долга. Во-первых, для поддержания имиджевой взаимозависимости между королем, государством и композитором: композитор писал музыку, прославляя в посвящении короля; король слушал эту музыку, прославляя тем самым композитора; иностранцы слушали музыку и думали - вот это страна, где такие король и музыка! Во-вторых, для работы системы государственных субсидий музыки: король платит достойным музыкантам стипендию и сам же наблюдает результаты их работы. Наконец, поддержка отечественного производителя, тесно связанная с п.1  А уж удовольствие Луи-Дьёдонне от музыки - это частный случай в работе государственной музыкальной индустрии :)

В случае с Жаке де ля Герр он не ошибся - она была новатором. Даже итальянцы, законодатели музыкальной моды того времени, традиционно равнодушные к самобытным потугам французов, не устояли: она - единственный французский композитор, попавший в итальянский нотный манускрипт для клавесина, хранящийся в библиотеке Венецианской консерватории.

Это была реклама!





Элизабет-Клод Жаке де ля Герр, соната ля-минор, часть I (alla breve)
laurenziana: (Default)

Пусть оно будет снобизм - выискивать неведомых тружеников барочного фронта, в то время как и десятая часть Баха еще не прослушана.Тем не менее, при всем уважении к Баху, есть у меня стойкое ощущение, что любимая мной французская школа не так известна, потому что менее распиарена, и на то есть свои причины, в основном внемузыкальные.

Однако отчасти барочные французы сами виноваты - не тем, что были хуже, а тем, что упорно прокладывали свой, особый путь, очень разборчиво относясь к итальянским иностранным веяниям, чтоб никто их не мог заподозрить в подражании. Ведь с этими итальянскими сиренами как - это только кажется, что они сладкозвучны и безобидны, а на самом деле только протяни сей могучей прожорливой культуре палец - цоп, и проглотила, и поглотила тебя с потрохами :)
Французы дольше всех сочиняли новый репертуар для моих любимых виолы да гамба и клавесина, на клавесине вообще играли вплоть до самой революции, когда прочие уже вовсю колотили по всяким предшествующим фортепиано молоточковым ужасам. Зато французы сразу пересели за приличный инструмент (и правильно, экспериментировать лучше на кошках немцах да австрияках).
Blanchet Homme
Неизвестный, 1752. Луи-Габриэль Бланше.
Просто красивый современник героя.


И неизвестный Масс )

laurenziana: (Lully)

... часть первую в особенности уже заслушала на плейере (а в то время сонаты писали как будто для теперешнего радиоформата. Одна часть - от 3-х до 5 минут, как у любой песни, надеющейся стать хитом, классика до классики и после нее). Вещь простая - то, что известный скрипичный виртуоз Леклер писал для специально для своего инструмента, бывало более заковыристо, здесь же он предложил солирующий инструмент - скрипку или флейту - на выбор исполнителя.
Поэтому здесь не столько сама по себе флейта интересна, сколько ее взаимодействие с континуо - клавесином и  гамбой. Хотя я вообще люблю континуо - есть те, кому барокко из-за него кажется скучным, но по-моему постоянная сложная основа - это то, что нужно. Сразу чувствуешь, что в мир упорядочен, хотя и переменчив, и ты часть этого подвижного, но никогда не переходящего в хаос порядка.




Читать, слушать... )
laurenziana: (Lully)

Дочитала и дослушала наконец книгу (учебник) Д. Кирнарской "Западноевропейская музыка от григорианского пения до Моцарта" - вообще правильное это дело, учебник по истории музыки вместе с музыкальными иллюстрациями. Ощущения, как обычно с советскими учебниками (хорошими), смешанные, а это советский учебник, несмотря на год издания (1997). Там, где нет идеологии (а ее нет в разделах по Средним векам и Возрождению), все очень ровно, по существу, много теории. Возрождение вообще очень хорошо описано (только дался автору этот пантеизм, а так все четко). Нашла интересное замечание по поводу ренессансной полифонии - что ее невозможно имитировать, создать нечто в той же стилистике, несмотря - или как раз благодаря? - тому, что она является чрезвычайно строго регулируемой системой. С известными правилами, но вот ценности, на основе которых эти правила возникли, утрачены.

Закон не сковывает воображение композиторов Возрождения, а лишь служит ему естественным основанием... )

Не знаю, правда ли невозможно, но действительно, необарокко как направление в музыке есть, а неоренессанса не встречала. Отдельные элементы используют, тот же Пярт (за что я его, в отличие от большинства современных "академических" композиторов, и признаю), но это совершенно очевидно не попытка "сделать наподобие".

А есть еще барокко и классицизм... )
laurenziana: (Lully)

Вообще органисты традиционно наигрывали популярные народные ноэли во время рождественских служб, практически у любого французского органного композитора можно найти свою редакцию знакомого репертуара. Но никто кроме Шарпантье не додумался написать целую Всенощную, взяв эти мелодии за основу. Так что пока хор распевал "Кирие элейсон", прихожане попроще могли подтягивать "А Жозеф-то женился" (очень прилипчивая эта самая Joseph est bien marié, надо сказать).
1. Kyrie - Joseph est bien marié
2. Christe eleison - Or, nous-dites, Marie и Une jeune pucelle
3. Gloria - Tous les bourgeois de Chastres и Où s'en vont ces gais bergers
4. Credo - Voici qui désirez sans fin; Voici le jour solemnel de Noel и A la venue de Noel
5. Offertoire - Laissez paitre vos bestes
6  Sanctus - O Dieu que n'étois-je en vie
7 Agnus Dei - A minuit fut fait un réveil
Версия "Арадии" мне нравится как раз тем, что они вставили парочку ноэлей на французском перед латынью - хотя, безусловно, композитор этого не предполагал.



Aradia Ensemble, Kevin Mallon
laurenziana: (Lully)

Поскольку действительно "мучительница зима старается нас заморозить", почему бы не поклацать зубами под заботливо написанную для этого музыку. Вначале тот, кто все это затеял - простебался прямо над нами, я считаю, поскольку мы и есть "peuple des climats glacez" из ледяных краев Скифии.

Музыка довольно веселая - возможно, завуалированная попытка Люлли внести чего-нибудь комического в оперу, а то строгие в классификациях французы ему этого не дозволяли. Сказал - трагедия в музыке, значит нечего там смеяться, считали они, и не давали развернуться комическому дару Люлли, который в свое время высоко оценил сам Мольер :(  Оставалось только делать такие характерные зарисовки как "дрожащий хор".



Le Concert Spirituel, Нике (2003), бас - Питер Харви

Впрочем, то, что она была написана для низкого голоса позволяет предположить, что Гений Холода - комический персонаж. Если и так, комизм довольно своеобразный и уж точно не современный :) Даже в намеренно дурашливой (само?)пародийной второй версии Нике не сказала бы, что конкретно этот эпизод вышел смешным, очень уж натуралистично замерзает человек:

Le Concert Spirituel, Нике (2008), бас - Жоао Фернандес

Ну и еще какое-то время спустя еще один барочный гений создал нечто совсем уж попсовое широко известное:

RV 297 (L'inverno), I Allegro non molto - Freiburger Barockorchester

Причем если в случае с Люлли и Пёрселлом преемственность несомненна, то что, где и когда услышал Вивальди - открытое поле для спекуляций. Возможно, зима везде пела одинаково - зимы в 17-18 вв стояли суровые, самый пик малого ледникового периода. Тогда европейцы знали толк в зимах, не то что сейчас.

Да, а потом пришел [censored] и всем мозги прокомпостировал своей псевдобарочной фильмомузыкойгней. Но о нем не будем.

laurenziana: (Default)

... до этого засветился на паре треков в паре сборников. Практически неизвестный итальянский гастарбайтер композитор родом из Венеции (подозревается в том, что был учеником Антонио Лотти, но недоказано), работал в Риме, закончил же дни, как и многие его земляки, на хорошем посту в иностранстве - mestre de capela Лиссабонского кафедрального собора.

Наш Giovanni Giorgi на youtube (Ave Maria с этого диска):




читать и слушать... )
laurenziana: (Default)

..в исполнении солистов Les Arts Florissants, при участии и под руководством Пола Энью, официального преемника Уильяма Кристи.
http://www.medici.tv/#!/les-arts-florissants-monteverdi-madrigals-fourth-book

Если вдруг кто не знает, недавние концерты можно посмотреть на medici.tv просто зарегистрировавшись там, это бесплатно. А вот за архив уже надо платить подпиской.
Помимо маэстро Монтеверди можно услышать мадригалы его предшественников на посту maestro della musica при мантуанском дворе, Жака де Верта и Бернардо Паллавичино, на те же тексты, что использовал Монтеверди в 4-й книге. А также краткую лекцию маэстро Энью - про то, как Монтеверди долго ждал своего назначения, что он был невысокого мнения о творчестве обошедшего его Паллавичино, про засилье поэзии Гварини при мантуанском дворе, что 4-я книга не сразу была принята современниками из-за непривычной ренессансному уху гармонии. Двухладовая система и барокко наступали, однако ))

А вообще интересно - Пол Энью шотландец, Уильям Кристи - американец-экспат, обучивший большое количество французов, но никого из них в преемники не взявший. А Кристи -  фамилия шотландского происхождения. Нет ли в этом скрытого шотландского национализма?

laurenziana: (Lully)

Нашла в одном блоге сравнение исполнения Ardo e scoprir Монтеверди - очень старого (1937, первая запись) и одного из современных (Concerto Italiano Алессандрини). При всем уважении к Наде Буланже и личной симпатии к Югу Кено, настоящему французскому haute contre во времена, когда такого наименования уже не существовало, с приятным тембром - слушать их очень скучно.
http://leblogbaroque.com/dun-baroque-lautre/?doing_wp_cron=1354282206.6121718883514404296875
laurenziana: (Lully)

Вот, разгребая свою коллекцию пассакалий из "Армиды" нашла - купила только этот трек из альбома, потому что в целом такое исполнительство, конечно, издевательство над барокко. Однако в случае с музыкой Несравненного оно скорее смешит, чем раздражает - таинственным образом от Люлли не остается вообще ничего. Полагаю, именно поэтому его и заклеймили бездарностью товарищи романтики. Бах как-то больше терпит, что есть то есть.
Вот она, романтически-пафосная пассакалья с надрывом, переложение для виолончели (а какое вкусное вибрато!)


А это была, оказывается, не фигня, а вовсе даже Bois epais из "Амадиса" ((


То же в "аутентичном" исполнении Николя Жесло. В вокальном плане ему до Карузо далеко, зато музыка снова обретает смысл. Вот так и получается с этим Неуловимым: много пафоса - смешно, нет пафоса - скучно.

Ну и многократно осмеянный всеми кому не лень Жан-Франсуа Пайяр с его хором. Мне попадались даже выражения вроде "китч", но это, конечно, зря - он все-таки первый, удосужившийся записать сакральную музыку Люлли, а задним числом мы все умные. Звучит удивительно похоже на первую виолончельку, только тут и оркестр, и солист, и хор стараются в том же надрывно-пафосном духе. Вообще-то даже трогательно звучит местами, но с типичной для романтизма self-indulgence, в сакральной музыке неприемлемой по факту.



Да и Люлли - он не трогательный. Он строгий и дисциплинированный, например, как здесь ( Le Concert Spirituel, Нике).



 
laurenziana: (Default)

Недавно прекратило свое существование еще одно место из географии моего детства - а именно, магазин "Товары для новобрачных". Конечно, все к тому и шло эти двадцать с лишним лет, площадь его сокращалась, всякие шмотки и прибамбасы подселялись. Смысл такого магазина был только в дефицитную эпоху, когда молодожены по предъявлении нужных бумаг могли закупиться всем необходимым для новой совместной жизни, от кастрюль до штор, а невесты к тому же - приобрести заветное белое платье. И до последнего на эти платья можно было полюбоваться в витринах. Теперь все, магазин посвящен какой-то невдохновляющей (псевдо)англоязычной джинсе, она же современная униформа "свободного" человека.

А я любила смотреть на эти платья, проходя мимо. Причем свадьбы я не любила, они оскорбляли мое эстетическое чувство. Не в последнюю очередь диссонансом между невестой, что в своем платье выглядела как пышный кусочек торта, и унылым черным мелким женихом. Даже если он на самом деле был не так уж и невзрачен, костюм делал свое.

Только потом мне пришло в голову, что вся проблема в несовпадении стилей, которое родом, как и большая часть так называемых традиций, из 19 века. Именно тогда мужчины стали одеваться по возможности неприглядно и практично (в черное!), в то время как женщины по-прежнему должны были оставаться декоративными, а платья - возможно, даже более неудобными, чем когда-либо.
А вот раньше было совсем не так! И на свадьбе жених с невестой сверкали на пару, чтоб от них обоих нельзя было глаз оторвать.


Смотреть и слушать... )PS Изобретательные составители взяли и вставили фрагменты писем того времени и мемуаров свидетелей происходившего - все про свадьбу: письмо мсье де Монтрея, мемуары мадмуазель де Монпансье, мадам де Мотвиль, маршала де Грамона и маркиза де Монгла, плюс либретто Исаака де Бенсераде к балету. Чтобы сделать из всей этой танцевальной музыки такой метабалет.

laurenziana: (Default)

...недавно к нам опять приезжал. И это хорошо, потому что к нам мало кто в таком духе приезжает,  приходится обходиться записями. В Москву на концерты не наездишься, не говоря уж о Питере. А тут, понимаешь, ровесники нашего родного "ансамбля старинной музыки" "Барокко", одни из первых в СССР и все такое прочее.

У них совершенно великолепные певцы - максимум трое, но полностью заполняют нашу филармонию - поставленные голоса, никакого ненавистного мне вибрато, отличные украшения. В общем, как сказал папа подумав, эстонское пение - это бренд (папа старается овладеть современным сленгом, как он это называет, и успешно, а я развладеть, менее успешно).

Еще им отлично удается танцевальность и энергия, но это их и ограничивает - вся инструментальная музыка звучит задорно, но абсолютно одинаково, будь то ренессансные французские танцы из сборника Пьера Аттеньяна, Холборн с Пёрселлом или турецкие, еврейские и прочие народные мелодии, которые они неизменно играют во втором отделении.  Я бы сказала, generic folk все это звучит, причем это определенно художественный выбор, а не заблуждение. Зачем иначе везде совать рожок, который, конечно, замечательный инструмент для городских процессий и ярмарок, ни с чем не спутаешь и слышно за километр, чтобы народ, значит, подгребал веселиться... Но ведь пять нот диапазона и гнусавых притом? Не то чтобы того же Пёрселла с Холборном не могли играть на ярмарках на рожке - наверняка играли и правильно делали, но я совершенно уверена, что это не предполагалось авторами, и можно найти с десяток более интересных аранжировок. Да и наша филармония - не ярмарка и не реконструкторский фестиваль,  не потанцуешь раззудись плечо... в общем, не лучшее место, где можно оценить саунд Hortus Musicus.

Вот так оно у нас на любительской записи с прошлого года (рожок! рожок!)




А так они умеют петь (и без рожка):




laurenziana: (Lully)
Публикую чтобы отвязалась - мешает мне играть другое, а главное, разбирать новое. Какая-то гипнотическая штука, только закончишь, как чувствуешь потребность начать заново, и так все время.
Между прочим, Иоганн Каспар Фердинанд - ученик Люлли, если не реальный (это возможно, но пока недоказуемо), то уж точно виртуальный, один из проводников французского стиля  в немецкой музыке, выдающийся клавесинист своего времени, но скорее авторитет для музыкантов (например, Баха), чем для широкой публики.



laurenziana: (Jean-Claude)
Когда я еще слушала рок, я пришла к выводу (неоригинальному, наверное, но от того не менее собственному), что его эстетика - романтизм, со всеми отличительными признаками (гениальность=божественность, противопоставление творца (/Творца) миру, великие страсти, априорная ценность бунта и даже романтическая ирония ).  Тогда же меня озадачило расхождение между заявленной в официальной истории официальных искусств кончиной романтизма (в музыке - конец 19 в, в других областях - еще раньше) и его благополучной эксплуатацией вплоть до времени моего взросления (кон. 20 в.) как минимум в популярном искусстве. Мало того, оказалось, что в обиходе романтические идиомы вполне себе живы и сейчас, несмотря на соприсутствующий постмодернизм.

Закономерно, что когда я перестала принимать эту эстетику (и этику), я перестала слушать не только Шопена, но и рок. Тем не менее рок, эмоционально будучи примитивнее музыкального романтизма 19 века, обладает определенным свойством, которого тот лишен.Это свойство принято называть драйвом, оно является наследием рок-н-ролла, то есть танцевальным, физиологическим началом, в некотором роде прославлением бессмысленной жизни вопреки болезненной романтической эстетизации смерти. Но если его убрать, остается чистый незамутненный романтизм, как здесь:




Драйв и есть "славное язычество", отказываться от которого для любой человеческой культуры столь же опасно, сколь и заигрывать с ним. Лучше обнять и держать покрепче, чтоб не вырвалось.

За этот самый драйв я и люблю Люлли. Все остальное есть и у других, а прирученного драйва в таких количествах нет ни у кого из современников, ни тем более наследников, при том что барокко любит танцевальные ритмы.


Gamut

Sep. 7th, 2012 05:06
laurenziana: (angelo)
Тысячу раз встречала это слово (особенно любят англоговорящие выражение run the whole gamut of emotions), но ни разу не останавливалась подумать над тем, что же оно, собственно, значит. А сегодня открыла свежекупленный сборник барочных нот для чайников  Первые концертные пьесы Дж. Фрескобальди - КФЭ Бах (все-таки Ярославль - культурный центр :) ) - и глянь: Генри Пёрселл A Ground in Gamut (Граунд в звукоряде соль-до). В общем, ясно, что этимология музыкальная, но больше ничего не ясно.

Поискала, действительно - музыкальный термин, собственно, то же самое, что и гамма. Точнее, гамма, она же Г, она же G непростое - это укороченное название от gamma-ut. А гамма-ут - это самая нижняя нота, которой оперировали во времена изобретателя современной нотной записи Гвидо Д'Ареццо (занимающая последнюю строку в басовом ключе и сейчас, то есть соль малой октавы). Ut (по современному "до") же она потому, что является первой ступенью соотвествующего гексаккорда, поскольку люди во времена Гвидо Д' Ареццо пользовались иной ладовой системой, нежели в наши (включая и Пёрселла) времена.  То есть gamma-ut - это не "звукоряд соль-до", а  второе нижнее G, если считать от С среднего ключа (то есть до первой октавы) И ut (первая ступень) самого нижнего гексаккорда, потом превратившаяся в обозначение всего диапазона от басового до скрипичного ключа. В общем, просто мнемотехнический прием для облегчения чтения с листа новоизобретенного Гвидо д'Ареццо способа нотной записи на пяти линейках, к которому мы так привыкли за последнее тысячелетие. Гвидонова рука

А что же гамут Пёрселла? А ничего, я подозреваю. Просто тоника, которой завершается сей граунд, как раз и представляет собой соль малой октавы, пресловутый gamma-ut. А что в названии соврали граждане составители-переводчики, так они даже даты жизни Люлли перепутали, отправили человека в 18 век. Главное, чтоб в нотах не наврали...

А вот и пресловутый граунд в пресловутом gamut, в самом приемлемом из ю-тюьбовских вариантов темпе, пусть и на электронном клавесине:


laurenziana: (Lully)
617290619

Можно по-разному относиться к Людовику XIV (собственно, я так и делаю), но чего у него не отнимешь - он был человеком долга. Во имя этого долга он урезал собственную частную сферу до абсолютного минимума, фактически оставив только сон, да и то потому, что из сна ничего публичного было не сделать. А ложился и вставал он уже на людях, отстроил прекрасный, но нечеловеческий Версаль, в котором так неуютно было следующим Людовикам. Они как раз знали толк в привилегиях королевского статуса, а вот обязанности - это уже не к ним. Людовик XIV же умудрился сделать обязанности и из собственных удовольствий, причем не только для других, но и для себя. Когда в 1707 г. ему сыграли новые вещи Элизабет-Клод Жаке де ля Герр, он очень хвалил их в следующих словах: очень оригинально, ни на что не похоже, а это такая редкость в наше время. Надо иметь в виду, что к тому времени королю было 69 лет, и музыку он слушал ежедневно в обязательном порядке: на так называемых soupers du Roi,  т.е. королевских ужинах, для которых писали музыку композиторы на содержании короля, и в церкви (композиторы королевской капеллы). Плюс отдельно организуемые концерты (Petits concerts), где он слушал не состоявших у него на содержании, но тоже заслуживающих внимания композиторов вроде Жаке де ля Герр, оперные постановки и еще всякие события по мелочи. В общем, количество часов музыки, прослушанное королем, вполне сопоставимо с нагрузкой музыкального критика. Неудивительно, что к концу жизни ему казалось, что все это он уже где-то слышал, но слушать продолжал, даже если без прежнего энтузиазма, то из чувства долга. Во-первых, для поддержания имиджевой взаимозависимости между королем, государством и композитором: композитор писал музыку, прославляя в посвящении короля; король слушал эту музыку, прославляя тем самым композитора; иностранцы слушали музыку и думали - вот это страна, где такие король и музыка! Во-вторых, для работы системы государственных субсидий музыки: король платит достойным музыкантам стипендию и сам же наблюдает результаты их работы. Наконец, поддержка отечественного производителя, тесно связанная с п.1  А уж удовольствие Луи-Дьёдонне от музыки - это частный случай в работе государственной музыкальной индустрии :)

В случае с Жаке де ля Герр он не ошибся - она была новатором. Даже итальянцы, законодатели музыкальной моды того времени, традиционно равнодушные к самобытным потугам французов, не устояли: она - единственный французский композитор, попавший в итальянский нотный манускрипт для клавесина, хранящийся в библиотеке Венецианской консерватории.

Это была реклама!





Элизабет-Клод Жаке де ля Герр, соната ля-минор, часть I (alla breve)
laurenziana: (Jean-Claude)



Немного Ярославля )

В качестве музыкального сопровождения - полонез "Взыграйтесь, струны лиры" из "Ярославского сборника", XVIII в. Исполняет ансамбль "Концертино".


laurenziana: (Default)
16 января 2012.
Великий голландец. Один из тех, благодаря которому музыка барокко дошла и до меня, я смогла ее услышать и поняла, что все-таки люблю классическую музыку. Только ту, что была написана до 1750 года, но это уже частности.
Последний концерт месяц назад, 11 декабря.




ссылка на весь концерт:
http://www.youtube.com/watch?v=eWhdTRI_-e8&list=PLB368EB6F012CBC7B

Программа: Риттер, Перселл, Пахельбель, Бах, Бем, Д'Англьбер, Дюфли

Мое любимое высказывание про юношеский максимализм принадлежит ему:
"Как и положено подростку, я был максималистом: я знал только то, что рояль — это плохо, а клавесин — хорошо ".

Profile

laurenziana: (Default)
laurenziana

June 2014

S M T W T F S
1234567
8910 11121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 22:38
Powered by Dreamwidth Studios