laurenziana: (Lully)

Вот, разгребая свою коллекцию пассакалий из "Армиды" нашла - купила только этот трек из альбома, потому что в целом такое исполнительство, конечно, издевательство над барокко. Однако в случае с музыкой Несравненного оно скорее смешит, чем раздражает - таинственным образом от Люлли не остается вообще ничего. Полагаю, именно поэтому его и заклеймили бездарностью товарищи романтики. Бах как-то больше терпит, что есть то есть.
Вот она, романтически-пафосная пассакалья с надрывом, переложение для виолончели (а какое вкусное вибрато!)


А это была, оказывается, не фигня, а вовсе даже Bois epais из "Амадиса" ((


То же в "аутентичном" исполнении Николя Жесло. В вокальном плане ему до Карузо далеко, зато музыка снова обретает смысл. Вот так и получается с этим Неуловимым: много пафоса - смешно, нет пафоса - скучно.

Ну и многократно осмеянный всеми кому не лень Жан-Франсуа Пайяр с его хором. Мне попадались даже выражения вроде "китч", но это, конечно, зря - он все-таки первый, удосужившийся записать сакральную музыку Люлли, а задним числом мы все умные. Звучит удивительно похоже на первую виолончельку, только тут и оркестр, и солист, и хор стараются в том же надрывно-пафосном духе. Вообще-то даже трогательно звучит местами, но с типичной для романтизма self-indulgence, в сакральной музыке неприемлемой по факту.



Да и Люлли - он не трогательный. Он строгий и дисциплинированный, например, как здесь ( Le Concert Spirituel, Нике).



 
laurenziana: (Jean-Claude)
Когда я еще слушала рок, я пришла к выводу (неоригинальному, наверное, но от того не менее собственному), что его эстетика - романтизм, со всеми отличительными признаками (гениальность=божественность, противопоставление творца (/Творца) миру, великие страсти, априорная ценность бунта и даже романтическая ирония ).  Тогда же меня озадачило расхождение между заявленной в официальной истории официальных искусств кончиной романтизма (в музыке - конец 19 в, в других областях - еще раньше) и его благополучной эксплуатацией вплоть до времени моего взросления (кон. 20 в.) как минимум в популярном искусстве. Мало того, оказалось, что в обиходе романтические идиомы вполне себе живы и сейчас, несмотря на соприсутствующий постмодернизм.

Закономерно, что когда я перестала принимать эту эстетику (и этику), я перестала слушать не только Шопена, но и рок. Тем не менее рок, эмоционально будучи примитивнее музыкального романтизма 19 века, обладает определенным свойством, которого тот лишен.Это свойство принято называть драйвом, оно является наследием рок-н-ролла, то есть танцевальным, физиологическим началом, в некотором роде прославлением бессмысленной жизни вопреки болезненной романтической эстетизации смерти. Но если его убрать, остается чистый незамутненный романтизм, как здесь:




Драйв и есть "славное язычество", отказываться от которого для любой человеческой культуры столь же опасно, сколь и заигрывать с ним. Лучше обнять и держать покрепче, чтоб не вырвалось.

За этот самый драйв я и люблю Люлли. Все остальное есть и у других, а прирученного драйва в таких количествах нет ни у кого из современников, ни тем более наследников, при том что барокко любит танцевальные ритмы.


Profile

laurenziana: (Default)
laurenziana

June 2014

S M T W T F S
1234567
8910 11121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 19:24
Powered by Dreamwidth Studios